Профессиональное водолазное снаряжение и оборудование
+7 (812) 350-95-44
office@diveservice.ru
Дед Витя. К 72-й годовщине Победы.
6 мая 2017

Уважаемые друзья!

Накануне празднования 72-й годовщины Дня Победы в Великой Отечественной войне мы вспоминаем родных и близких, кому судьбой было предписано жить и служить отечеству в столь суровые годы. Вспоминаю и я своего деда, который прошел свой нелегкий жизненный путь водолазом военно-морского флота. Дед – Яковлев Виталий Григорьевич, родом из Тверской губернии родился в 1911 году. Потомственный рабочий-стеклодув был призван в 1933 году в состав РККА и был направлен на обучение в военно-морской техникум (водолазная школа) ЭПРОН в пос. Балаклава, который закончил в 1934 году по специальности «водолаз».

Командиры и ученики военно-морского техникума (Балаклава), фотография, 1934

Дальнейшая служба деда, вплоть до 1943 года, проходила в тихоокеанской экспедиции ЭПРОН, в должностях водолаза и командира отделения водолазов. В 1935-1936 годах он принял участие в подъеме аварийной дизельной подводной лодки Щ-103, в 1938-1939 годах в разборке механизмов затонувшего эсминца «Решительный» и других экспедициях.

Водолаз Яковлев В.Г., ЭПРОТ ТОФ, фотография, 1938 г.

Особняком стоит участие в составе экспедиции особого назначения ЭОН-18, которая проходила с июня по ноябрь 1942 года. Эта героическая история заслуживает отдельного повествования.


Начало 1942 года. Немцы отброшены от Москвы, но продолжается кровопролитнейшее Ржевское сражение. Ленинград в блокаде. Идут тяжелейшие бои на восточной и южной Украине. Противник сосредотачивает усилия для рывка к Сталинграду и Кавказским нефтяным месторождениям. Союзники Советского Союза – США, Великобритания и Канада осуществляют поставки вооружения и военной техники, продовольствия и обмундирования морским путем с отправлением из портов США, Великобритании и Исландии с назначением в Мурманск и Архангельск. В июне 1942 года германские ВМС провели операцию «Rösselsprung» (рус. Ход конём), в результате которой силами надводных кораблей, подводных лодок и авиации разгромлен арктический конвой PQ-17. В его состав входило 35 грузовых судов. 22 транспорта общим тоннажем более 142 тысяч тонн были потоплены немецкими подводными лодками и авиацией. На дно ушли 210 самолётов, 430 танков, 3350 автомобилей и 99 316 тонн других генеральных грузов.

До Шпицбергена охрану этих караванов обеспечивали ВМС Великобритании и США, а в Баренцевом море эстафету принимали советские корабли и самолеты вместе с английскими боевыми кораблями, базировавшимися с лета 1941 года на севере СССР. И все-таки в начале войны наш Северный флот был недостаточно укомплектован. Формально он насчитывал 51 вымпел, хотя реальной силой могли считаться лишь 8 эсминцев и 15 подводных лодок. Крупных кораблей в его составе в то время не было вообще. Крайний Север остро нуждался в настоящих военных кораблях.

Именно поэтому приказом наркома ВМФ № 00192 от 19.06.1942 г. был утвержден план перевода на Северный флот нескольких боевых кораблей из состава Тихоокеанского флота. Операция под шифром «ЭОН-18» (экспедиция особого назначения) проводилась в условиях максимальной секретности, а весь переход кораблей по трассе Северного морского пути требовалось завершить до окончания навигации.

Согласно планам «ЭОН-18», на Северный флот уходили лидер «Баку» и три эсминца: «Разумный», «Разъяренный» и «Ревностный». Но эсминцы никогда и не предназначались для плаваний в Арктике, где давление льда могло доходить до 10−12 т/м2. Именно поэтому в доках Владивостока все корабли «ЭОН-18» одели в специальную «ледовую шубу» из досок и деревянных брусьев 100 х 100 мм, обшитых стальными листами толщиной от 3−5 мм по бортам до 15 мм в районе форштевня. Такая «шуба» защищала эсминцы на 3 м ниже ватерлинии и на 1 м выше нее. Бронзовые гребные винты получили усиление в виде специальной стальной оковки, а некоторые из них просто заменили разборными стальными винтами со съемными лопастями, позволявшими выполнять их ремонт в ходе плавания. 15 июля корабли «ЭОН-18» снялись с якоря и вышли из залива Петра Великого в Японское море. Лидером «Баку» командовал капитан 3-го ранга Б.П. Беляев. Эсминцами — капитан 3-го ранга В.К. Никифоров («Ревностный») и капитан-лейтенанты В.В. Федоров («Разумный») и Н.И. Никольский («Разъяренный»). Начальником всей операции был назначен капитан 1-го ранга В.Н. Обухов, командовавший в 1936 году эсминцем «Сталин» при его переходе Северным морским путем в составе «ЭОН-3». Вместе с боевыми кораблями в поход отправились танкер «Лок-Батан» и транспортные суда обеспечения «Волга» и «Кузнец Лесов».

Через два дня караван миновал Татарский пролив и прибыл в бухту Де-Кастри (ныне — залив Чихачева). В то время южная часть Сахалина и все Курильские острова принадлежали Японии, поэтому для боевых кораблей СССР это был единственный возможный путь в Берингово море. Пополнив в Де-Кастри запасы мазута и воды, караван продолжил движение, но на следующий день в Амурском лимане эсминец «Ревностный» попал в аварию. Двигаясь в густом тумане, он вышел из строя каравана и столкнулся с транспортом «Терней». Весь нос эсминца оказался смят и свернут вправо примерно на 10 м по длине. Корабли «ЭОН-18» простояли на якорях до 19 июля, пока нарком ВМФ не принял решение о сокращении состава каравана.

Утром 30 июля корабли пришли на Чукотку, преодолев почти весь путь от Камчатки до бухты Провидения в густом тумане. Здесь произошло еще одно ЧП: при подходе к пирсу «Разъяренный» зацепил грунт, повредив при этом винты и погнув оконечность правого гребного вала. Ремонтные работы проводились на плаву, силами водолазов. Ремонт занял целую неделю, винт был заменен на запасной с э/м «Разумный», но в силу повреждения вала избавиться от сильнейшей вибрации не удалось.

Из воспоминаний Яковлева Виталия Григорьевича, главного старшины, командира отделения водолазов э/м «Разумный»:

«Приблизились к полярному кругу – бухта «Провидения». Первый-же день стоянки преподнёс «сюрприз». Дивизион вошел в порт, отдал якоря. При подходе к причальной стенке эсминец «Разъярённый» коснулся лопастями винта о подводную скалу и срубил все лопасти винта по ступицу. Корабль оказался неподвижен, ежели не считать ледового винта, который мог обеспечить малый ход на случай работы в тяжелых ледовых условиях. Сигнал тревоги для группы сопровождения и все водолазы собраны на аварийном корабле. Первым под воду спустился старший группы мичман Борисевич, он установил приспособления для съемки винта, кстати, изобретенное им-же. Снятие ступицы было поручено мне. Когда работа была выполнена, я решил провентилировать скафандр перед выходом на поверхность. Вот тут-то и случилось непредвиденное: как известно в водолазном шлеме есть приспособление для стравливания излишнего воздуха, называемое головным клапаном. При нажатии на клапан для стравливания воздуха, он не закрылся, и мне на голову полилась студеная вода, как в душе, быстро наполняя скафандр. В такой ситуации от гибели меня мог спасти только немедленный подъем на поверхность….. Беседка, в которой я работал, была подвешена с обоих бортов корабля на четырех пеньковых оттяжках. Пятый, тоже пеньковый, был ходовой конец. Спасла случайность. Схватившись именно за ходовой конец, я немедленно поднялся на поверхность до выхода шлема из воды. Подняться по трапу я не смог так как вода в скафандре значительно увеличила мой вес. Удерживаясь одной рукой за трап, второй рукой я проделал ножом дыры в обеих штанинах водолазной рубахи. Через эти дыры при подъеме по трапу вода выходила из скафандра. Поднявшись на палубу корабля, я смог рассказать товарищам о случившемся со мной под водой. Ступица аварийного винта была снята водолазами с конуса гребного вала и на ее место был установлен винт с эсминца «Разумный». Когда работа была выполнена, мы с товарищами ощутили гордость за хорошо выполненное задание. О своей ситуации я вспоминаю с улыбкой.


Главный старшина, командир отделения водолазов э/м «Разумный» ЭОН-18 Яковлев В.Г., фотография, 1942 г.

В середине августа 1942 года караван эсминцев встретил первые льды плотностью от 7 до 9 баллов. Двигаться через такие льды эсминцы могли только при помощи ледоколов «Микоян» и «Каганович», которые одновременно с караваном «ЭОН-18» обеспечивали проводку пяти транспортных судов со стратегическими грузами. Именно Чукотское море стало самым сложным участком всего перехода. В отдельные моменты давление ледовых полей становилось критическим, при этом корабельные приборы фиксировали прогиб бортов более 100 мм.

Корабли ЭОН-18 затертые в арктических льдах. Фотография. Лето 1942 г.

Выписка из наградного листа на старшину группы водолазов Яковлева Виталия Григорьевича, главного старшины, командира отделения водолазов э/м «Разумный» орденом Красной Звезды:

«В Чукотском море, когда ледяная глыба зашла на винты и не давала возможности сдвинуться с места кораблю, тов. Яковлев рискуя жизнью под водой разрезал ее на куски и освободил винты».

Наградной лист Яковлева В.Г., фотография, 1942 г.

Правда, эсминцев беспокоили не только полярные льды. Так 26 августа в адрес «ЭОН-18» поступило сообщение о появлении в Карском море германского тяжелого крейсера «Адмирал Шеер». Однако вражеский крейсер также застрял во льдах в 50 милях от отряда и не смог причинить урон.

Медленно продвигаясь в тяжелых льдах, ледоколы проводили каждый эсминец отдельно, поэтому в Чукотском море караван был вынужден временно разделиться.

К концу сентября караван закончил преодоление наиболее сложного и опасного участка Северного морского пути и в сопровождении ледокола «Красин» прибыл в Диксон.

После тяжелого перехода эсминцы выглядели вполне удовлетворительно, хотя их корпуса и получили небольшие вмятины от сжатия во льдах. Правда, винты «Баку» и «Разъяренного» имели погнутости и трещины, при этом биение вала на «Разъяренном» вызывало очень сильную вибрацию всего корпуса. Заметно снижала скорость кораблей и «ледовая шуба». Так, максимальный ход лидера «Баку» составлял 26 узлов, «Разумного» — 18, а «Разъяренного» — всего 8 узлов по чистой воде.

Караван эсминцев благополучно прибыл в бухту Ваенга (ныне — город Североморск) ранним утром 14 октября. На подходе к Кольскому заливу их встретил сам командующий Северным флотом вице-адмирал А.Г. Головко, вышедший в море на борту эсминца «Гремящий». Таким образом, за три месяца отряд кораблей «ЭОН-18» прошел от Владивостока до главной базы СФ почти 7360 миль за 762 ходовых часа при средней скорости около 9,6 узла.

Таким образом, труднейшая операция успешно завершилась, и через два дня караван «ЭОН-18» был официально расформирован. В итоге Северный флот пополнился самыми современными кораблями, построенными на верфях Николаева и Комсомольска-на-Амуре в 1938—1941 годах, что существенным образом повлияло на безопасность проводки арктических конвоев в зоне ответственности военно-морского флота СССР.

Памятный значок участника ЭОН-18. Фотография.

После завершения ЭОН-18 дед вернулся на тихоокеанский флот, а в 1943 году был направлен для прохождения службы в Волжскую и далее в 1944 году Днепровскую флотилию, где в составе экспедиционного отряда подводно-технических работ участвовал в разминировании акваторий рек и подъеме затонувших судов вплоть до увольнения в запас в 1954 году в звании мичмана. После увольнения в запас трудился в различных организациях народного хозяйства, связанных с обеспечением проводки судов по Днепру. Яковлев Виталий Григорьевич был награжден орденом «Красного Знамени», двумя орденами «Красной Звезды», медалями «За боевые заслуги» и другими государственными наградами. На своем жизненном пути дед встретил замечательных людей, в числе которых были настоящие «легенды» водолазного дела - Шпакович Ф.А., Крылов Ф.И., Бауман Ф.М., Ховрин Н.А., Шах и другие. Вечная память нашим предкам!

Генеральный директор ООО «Дайвтехносервис» Трибун А.Л.